Константин Пиявкин

Не очинь бальшой фонат АИ (хотя бы патому што она гаражный трэк сочинит, запишет и сведёт за полчаса, а я проебусь неделю и хер положу), но бля.

Сегодня было лунное затмение, на которое мне было чистосердечнейше всё равно. Примерно как Вячеславу Бутусову было всё равно на песенки, которые, что он исполнял. Ему настолько было плевать, что это стреляло. Охота нарезать в чём-нибуть любительский клипачок на эту композицию из ошмётков первого "Оно" и "Сияния" с Николсоном, но я в таком же положении, что человек на Луне. И поэтому он улыбается мне. Сладких снов, юзернейм, или не сладких, мне всё равно)

Да сбудутся мечты тётушки Ганимед.

И однажды мы с ней пошли смотреть кино. Кинотеатр казался огромным чудесным дворцом, свет гас медленно, торжественно раздвигался занавез, дорогой и любимый Леонид Ильич в заставке-кинохронике под Чайковского умилённо рассматривал спелые колосья, или Куравлёв с Леоновым уморительно для дошкольника куражились в киножурнале "Фитиль".

Потом пошёл фильм, ЕМНИП "в Ждазе только девужки". Фильм мне тоже очень нравился, я был доволен и всё было чудесно. Все были живы, все были здоровы, всё было впереди. В какой-то момент меня отвлёк какой-то еле слышный звук и я покосился на соседнее от нас с бабушкой место. Там сидела безобразная старая развалина - даже старее бабушки, мне она показалась древнее Мафусаила - и тихо, страшно плакала. В бликах от экрана мелькнуло насквозь мокрое лицо, я отвернулся и продолжил приятный просмотр

Вспоминалось мне это в жизни всего разик, а теперь вспомнилось во второй. Дело, конечно, в трёхневной трезвости, юзернейм. Ебал я это мутное, предельно тоскливое, и набитое внезапными истериками состояние.

А теперь музычка, ну.